Республикалық қоғамдық-медициналық апталық газеті

ЖИВАЯ ПАМЯТЬ КРЫЛАТОЙ ПЕСНИ


27 сентября 2019, 07:09 | 987 просмотров



Свет свечи не падает на её основание;

достоинство хорошего человека незаметно для близких.

Казахская поговорка

        

Выдающемуся поэту-импровизатору, последователю и ученику Жамбыла Жабаева, композитору, известному акыну Жетысу Умбеталы Карибаеву в 2019 году отмечается 130-летие со дня рождения.

Акын – по версии Литературного энциклопедического словаря (Москва 1987), поэт-импровизатор и певец у казахов и киргизов. Акын – создатель произведения, отличается от жирши (ырчи) – исполнителя песен, сказителя эпических произведений. Акын импровизирует в форме песенного речитатива под аккомпанемент домбры. В дореволюционное время в условиях кочевого быта и неграмотности народа акыны играли особую важную роль, так как выражали народные мысли и чувства, обличали социальные пороки, воспевали героев.  После Октябрьской революции древнее искусство импровизации обновилось как по содержанию, так и по форме.

Яркая жизнь и творческое наследие акына Умбеталы Карибаева вдохновляют молодую поросль казахстанцев на новые свершения в области национальной культуры.

 

Умбеталы Карибаева (каз. Үмбетәлі Кәрібаев) родился в 1889 году в селе Шолоккаргалы (в советское время Кирово до 1993 г.), Жамбылского района Алматинской области. Ныне это село Умбетали Карибаева, административный центр Шолаккаргалинского сельского округа.

Умбеталы – талантливый самородок, чей поэтический дар, голос творца был услышан самим Жамбылом Жабаевым, который взялся шлифовать и гранить умение молодым акыном слагать песни, стал ему наставником и учителем, а потом и ближайшим другом. То-то еще в самом начале творческого пути Умбеталы Карибаев удостоился быть отмеченным патриархом народной поэзии Жамбылом, в посвящении такими строками:

 

«Жамбыл других намерений не знал.

Он рад ученикам, идущим вслед.

Скачи ж вперед, не ведая преград,

Отныне «черный иноходец» ты, Умбет!»

 

Вот так образно знаменитый наставник обыграл творческий псевдоним Умбеталы, который выступал под именем «Кора жорга» и, благодаря своему псевдониму стал известен на всей казахско-кыргизской территории.

В 1919 году в городе Верном собрались акыны. Вместе с Жамбылом и Кененом Азербаевым на встречу приехал и Умбеталы.

Жетысуец Умбеталы Карибаев состязался в айтысах с признанными акынами-современниками Калкой Жапсарбаевым, Омирзаком Каргабаевым, Есдаулетом Кандебековым, Нуртаем, а также с народными акынами Кыргызстана и Каракалпакии.

В 1937 году ученик Суюнбая и Жамбыла Умбеталы Карибаев стал членом Союза писателей. Он проделал большую работу для собирания в письменном виде устных произведений Суюнбая и Жамбыла. Стал автором многочисленных дастанов, а в последствии и поэтических сборников в пяти томах.

В один из августовских дней 1960 года в Алматы проходил республиканский айтыс, посвященный 40-летию Казахской ССР и компартии Казахстана. В первый день были слушания биографий и научной информации, во второй – в актовом зале выступали акыны с авторскими произведениями, посвященными празднику. В третий день состоялось состязание акынов в возведенной на площади академии юрте, там же прошел и обед. Открыл айтыс Калка Жапсарбаев, а подвел итоги Габит Мусрепов. Начался айтыс с острых шуток.

Одна из них: Умбетали Карибаев, держа за руку Жаксыбая Жантобетова сымпровизировал:

- Посмотрите на Жаксыбая, весь урожай одного колхоза, съедает сам, вон как поправился.

А Жаксыбай, был, действительно, человеком полным. Тогда Жакан, не долго думая, ответил улыбаясь:

- Благодаря новой жизни, везде благополучие и изобилие. Женщина равна в правах с мужчиной. Чувствуя под собой основу вот уже сорок лет, почему бы не вкушать государственный хлеб с маслом? Надо подальше держаться от вас, отставших от жизни.

Умбетали по складу тела был худой. Всегда проворный на слово, вдруг приостановился.

Это дало возможность Есдаулету обратиться к Калке Жапсарбаеву:

- Калка, о тебе говорят, что ты отделился от семейства, сбежал от старухи, правда ли это?

- А сам что?

- Благодаря всевышнему, я не отношу себя к молодежи, - ответил Есдаулет, поглаживая усы.

- То, что говорит народ, оказывается, правда, - ответил Калка и продолжил, - когда внуки-правнуки зовут меня «ата, ата», зачем мне старуха? Намерение непослушного быка находиться в стаде телят. Не хотелось бы мне соревноваться с молодыми.

Есдаулет не нашелся что ответить. Продолжалась словесная дуэль между акынами в следующем айтысе. А Калка Жапсарбаев еще раз показал своё мастерство острослова.

 

Главной достопримечательностью села Умбеталы Карибаева является величественное здание литературно-мемориального музея прославленного акына, великого поэта и композитора, чьё имя носит этот музей и населенный пункт Жамбылского района.

По инициативе потомков акына, при поддержке областных, районных руководителей, государственного и общественного деятеля Озбекали Жанибекова, музей был торжественно открыт в 1989 году к 100-летию акына.

Первым директором музея была Заслуженный деятель РК, акын Надежда Лушникова.

Профиль музея – исторический. Цель музея – исследование, сбор, хранение материалов, пропаганда жизни и деятельности   известного акына Жетысу Умбетали. Общая площадь музея   431,8 кв. м. (209,05 кв. м. – музей, дом-музей – 54 кв. м.)

Фонды музея насчитывают 2311 предметов музейного значения. Из них 958 единиц – основного фонда, научно-вспомогательного -1353 единицы.

Экспозиция представлена одним залом музея и домом-музеем, в котором жил акын. Ее экспонаты рассказывают о жизненном и творческом пути поэта, его последователях и исследователях.

В творческой жизни Умбеталы, как отмечают его биографы, особое место занимал знаменитый айтыс с Нурилой. В свое время их соперничество было так же широко известно в Казахстане, как и поэтический поединок между акынами Сарой Тастанбеккызы и Биржан салом.

Изящная скульптурная группа из двух фигур Умбеталы и Нурилы встречает посетителей на территории музея. Талантливый художник изваял героев из меди, что исполнены красотой, молодостью, которые буквально завораживают зрителей. Композиция столь же прекрасна, сколько естественна и, честное слово, органично предваряет экскурсию и знакомство с представленными в залах стационарного здания экспонатов.

По правде говоря, вот уже 30 лет как создан и функционирует сельский очаг культуры - мемориальный музей Умбеталы Карибаева, нисколько не уступая по оформлению, подачи уникальных экспонатов литературно-биографического характера, культурно-воспитательной и научно-исследовательской работе иным столичным музеям.

Наверное, следует вспомнить и особо отметить, что в преддверии юбилейных торжеств в честь 125-летия со дня рождения У. Карибаева, в музее прошла реконструкция. Замечательный коллектив творческих людей и патриотов культурно-исторического наследия, который возглавлял художник-реставратор, заслуженный деятель искусств Казахстана, академик Академии художеств Республики Казахстан Шамиль Кожаханов, а также художники-дизайнеры Серикжан Сатыбалдиев и Берик Кожаханов, с большой ответственностью и мастерством справился с поставленной непростой задачей.

Трогательная, чреватая тайнами глубинных смыслов красота Востока встречает посетителей музея в каждом фрагменте строго продуманной экспозиции.

С 1989 года, а это уже более 30 лет служит построенное государством здание музея. За эти годы его посетили более 60 тысяч человек, для которых имя акына Умбеталы стало синонимом беззаветной преданности Родине, неиссякаемой горячей любви к родному Семиречью, чья поэзия не потеряла актуальности и созвучия с современностью.

Нам крепко повезло не только познакомиться с не менее легендарным акыном, поэтессой, но и побеседовать с первым директором, смотрителем и экскурсоводом музея, заслуженным деятелем культуры РК, многоуважаемой Надеждой Андреевной Лушниковой.

Эта красивая синеглазая женщина – член Союза писателей республики, участник крупнейших айтысов. Она пишет стихи на казахском языке, в них, как отмечают критики, – «душа великих поэтов казахской Степи и России». Она живет в селе Узынагаш Алматинской области, много лет заведовала отделом музея Жамбыла. Практически на собственные средства создала музей соратника и лучшего ученика Жамбыла - Умбеталы Карибаева. Поддерживая огонь в духовном шаныраке поэтов Семиречья, открыла акынскую школу при музее – «Алтын жылга» («Золотое русло»), где на школьных каникулах собирались одаренные дети Карасайского района, и учились искусству казахского устного поэтического творчества.

- Апай, много лет тому назад вы создали музей Умбеталы, любимого ученика Жамбыла. А сами Вы были знакомы с акыном Карибаевым?

- Когда я пришла как келин в это село Кирова, а колхозом он слыл как «Бай-Киров» (в 30-е годы его создавал мой свекор, отец Турлыбека), то Умбеталы-ага на свадьбе совершал обряд «беташар», открывал мне лицо перед аулчанами. Он был лучшим другом старшего брата моего ата, свекра. Это были очень интересные люди. Наш ата был замечательный зергер, ювелир, у него было восемь жен (!), я застала двух. «Я такие красивые вещи делал, что благодарные люди своих дочерей приводили», - порой шутил ата. Когда мы приезжали из города в выходные, ведь муж очно учился, ата не позволял мне по хозяйству возиться. Он говорил, что две мои свекрови-апашки – просто женщины, они для очага. «А ты, дочка, - акын. Садись и записывай, кто откуда произошел, где чьи корни».

Всякий раз приезжая в аул, я отдавала свой неизменный салем Умбеталы-ага, он умер в 1969-м, ровно в 80 лет.

Жамбыл называл Умбеталы «кара жорга» – черным иноходцем. Он наизусть знал все стихи Жамбыла, участвовал во всех исторических айтысах. Например, он много часов подряд состязался с Нурилей Абен-кызы, большой поэтессой, которая в свое время была дружна с Джандосовым, участвовала в общественной жизни республики, вплоть до 1921 года, то есть до самой своей смерти. Это тоже историческая фигура, хотя всего двадцать пять лет она прожила. Несколько ее айтысов остались в истории литературы - согласно одному сборнику она победила одиннадцать акынов, прежде чем нарвалась на упрямого Умбеталы. Мне памятны торжества по случаю её 110-летия, которое широко отмечалось в селе Кемертоган. В том селе есть школа имени Льва Толстого. Когда меня пригласили на торжество, я стихами сказала: «У Толстого есть своя родина, большая Россия, и есть весь мир, который его почитает. А у Нурили есть только один Кемертоган. Почему школа носит имя Толстого?». Умирая двадцатипятилетней, она горько сказала: «Останется ли хоть одно мое слово? Ничего не записано». Но остались ее стихи и память народа.

Помню, бабушка Шаметай Алькенова после тяжелой изнурительной работы в поле брала в руки ручную мельницу и молола зерно, которое женщины приносили по горсточке, и пела песни, которые сама сочиняла. Спустя годы я встретилась с ней по печальному поводу – у нее умерла дочь Алкемай, моя детская подружка. Я тогда спросила у нее: «Помните, апай, вы пели, а люди вокруг плакали, о чем вы тогда пели?» Она ответила: «Своими песнями я утешала вдов, вселяла в их сердца веру… Я и в айтысах участвовала, на 40-летие республики по просьбе Таира Жарокова мы по парам состязались». «А помните еще, как вы нас с Алкемай, кажется, осенью 44-го года, водили к какому-то аксакалу, и он мне дал большое яблоко?» Она внимательно на меня посмотрела: «Аксакал тот был Жамбыл». Я ахнула: так это сам Жамбыл был?! Помню большую юрту, на красивых корпе возлегает аксакал, а у его изголовья – огромные яблоки, я и сейчас будто ощущаю этот пьянящий запах апорта. Аксакал узнал Шаметай-апай, которая, оказывается, была дочерью Едиге-батыра, в чьих жилах текла калмыцкая кровь. «Это доченька твоя?» – спросил аксакал. Она ответила: «Да». «Ой, какая она у тебя синеглазая!» – ласково погладил меня по голове и дал яблоко. После дальней дороги меня мучила жажда, ох, как жадно я начала есть это яблоко!

Потом я написала рассказ, который напечатал журнал «Мадениет жане турмыс», он назывался «Мать Алькемай» А вот сегодня думаю: может, передал мне Жамбыл-ата с этим яблоком и свое благословение, бата. Ведь невероятное что-то тогда произошло – не родная дочь Шаметай-апай зашла к нему в юрту, а я, рыжая русская девочка.

- Вам помогло благословение аксакала Жамбыла?

- Да, судьба подарила мне встречи с великими людьми. После седьмого класса я поступила в Саратовское летное училище, приемная комиссия была в Алма-Ате. Мы с подружками – все крепкие, здоровенькие девушки – сдали документы и прошли. Я приехала домой в Шамалган, радостная, а мамин брат как отрезал: «Это не положено девочке – в летное училище. Быстро забирай документы». После восьмого класса, это был 57-й год, все наши девчата собрались в Кызылординское женское педучилище – там трехразовое питание, общежитие. Нас 18 человек поехало из Алматинской области, и все поступили, с нами Мария Жуйриктаева, Шамшия Беркимбаева. Там мне на последнем курсе судьба подарила встречу с Аскаром-ага Токмагамбетовым. В 60-м году, на 90-летие Ленина, мы выпускали газету «Отанкызы» – на шести ватманских листах. Я написала свои первые стихи, бодрые такие вирши: «Ленин – первое слово, в жизни моей оно знаменем стало». Аскар-ага прочел и почему-то обратил на меня внимание. Попросил принести и другие стихи. «А у меня нет больше…» – «Не может быть!». Оказывается, каждую среду к нему приходила одаренная молодая поросль, и он с нею работал. Вообще, кызылординцы очень интересные люди в деле выращивания поэтов. Они чтят поэтическое слово. Ни одно совещание рисоводов или учителей не проходило без выступления поэта с приветственными стихами. Это очень влияло на атмосферу совещания. После окончания педучилища меня направили в Гурьевскую область, но Аскар-ага похлопотал, и меня оставили в Кызылорде.

В 1961 году, в апреле, проходил пленум Союза писателей Казахстана, в котором участвовал Мухтар Ауэзов, а меня пригласили выступить со своими стихами. Я во все глаза смотрела на живого классика, все подмечала. Тогда он, видно было, не очень хорошо себя чувствовал, сидел, чуть прикрыв глаза. А когда я начала читать, оживился, стал внимательно слушать. После пленума пригласил к себе, усадил рядом и по-доброму так спросил: «И как ты с твоим русским сердечком такие казахские стихи сочиняешь?» Вскоре, после неудачной операции в Москве, его не стало, а мне эта встреча – как подарок судьбы – долгие годы греет душу.

Аскар-ага Токмагамбетов учил меня состязаться словом. Когда мы, начинающие, собирались под его крыло, он мне скажет слово – а я ему в рифму отвечаю. Он мне второе – я ему снова поэтический «отлуп». Он был классиком казахской литературы, сатириком, поэтом, писателем. Наверное, от него в годы моей молодости я переняла бойцовский дух в словесном состязании. Кстати, это он первый после 43-го года поднял вопрос о возрождении айтыса. Однажды, глядя на меня, Аскар-ага сказал: «Адам топырагына тартпай қоймайды екен» – «Человек никуда не денется от своих корней». Сейчас я понимаю, что он имел в виду: то, что я выросла на земле акынов Суюнбая, Жамбыла, Умбеталы.

На своем первом айтысе в 63-м году, а - он проходил в Кызылорде, я выступала от Сырдарьинского района против Шиелийского. Меня в ту пору избрали секретарем райкома комсомола, благодаря этой работе я встретилась с Узбекали Джанибековым, он тогда руководил ЦК ЛКСМ республики. Памяти этого замечательного человека и ученого я посвятила стихи, там есть такие строчки: «Ағалап сізді өтермін, сөнгенше күнім кеудемнен» – «Вы будете моим ага до тех пор, пока солнце не погаснет в моей груди».

- И в самом деле, везло вам на великих людей.

- Да, смолоду меня окружали хорошие, добрые люди. Мы не были связаны хлебом да солью, а просто почитали друг друга. Они для меня как святые, я для них – как дочь, сестра, соратник по перу.

Помню первый айтыс. Мне двадцать сравнялось, а моему сопернику – за 50. И всю жизнь я соперничала с именитыми стариками! Но сегодня со своей колокольни думаю: не зря наш Жетысу именуют землей акынов и батыров.

Но с ровесниками, қурдасами, наверное, легче состязаться, им можно, наверное, и «в лоб» выдать…

«В лоб» выдать не позволяет сам закон жанра, и, кроме того, это дурной тон даже в повседневном казахском общении. Вспомним, к примеру, поговорку: «Дочка, тебе говорю, а ты, сноха, слушай».

Того 50-летнего акына я победила. Чем? У них в Шиелийском районе и виноград рос обильно, и каракуль они выделывали, а наш Сырдарьинский немного отставал в сельском хозяйстве. В общем, он все наши «слабые» места, как говорится, затейливо и в то же время остро высветил. А я ему только одно сказала: «В твоем селе жил и здравствовал Нартай Бегежанов, непревзойденный акын, широчайшей души человек. Могила его с землей сравнена, нет надгробного памятника, тропа к нему заросла, не к лицу тебе хвастовство».

Да, в айтысе уважают возраст соперника, но всегда отстаивают равноправие духа, который вне жизни и возраста. В противном случае скатишься к мелкотемью, упрекам, а акыну не подобает низость.

Вот недавно мы в Доме культуры проводили «Состязание термеші». Сколько почитателей этой культурной традиции, особенно пожилых, пришло! Были не аплодисменты – овации! Но очень плохо то, что мало кто из участников воссоздал напевы корифеев-земляков Суюнбая, Жамбыла или Умбеталы. Значит, их вещи уже забывают, а у нас в музее сохранились записи с напевами, которые передаются из поколения в поколение вот уже больше двухсот лет! Ведь именно в Жетысу хранится «золотой гвоздь» акынства.

А Умбеталы - это могучий импровизатор, который, я повторюсь, наизусть знал все творчество Жамбыла. Поэму «Короглы-султан», например, он рассказывал и пел, как и его учитель, целых полмесяца. Вот таких акынов нам не хватает, поэтому при музее есть школа акынов. Мною собрано немало материалов об акынах Семиречья, их поэтическом и культурном наследии. Пока здравствуют «ескi коз» в народе, экспонаты пополняются наследием ушедших корифеев.

Кстати, о экспонатах музея… Многие из них сегодня представляют собой большую редкость. Тем более, если это личные вещи Умбеталы, когда-то принадлежавшие поэту: прежде всего это домбра, зимняя шуба из волчьей шкуры, седло, служившее когда-то хорошему наезднику, каким себя зарекомендовал Умбеталы.

В музейную экспозицию включена композиция из восковых фигур под названием «В гостях у поэта». Умбеталы с домброй в центре. Справа от него – Жамбыл Жабаев, слева – Кенен Азербаев и Абдильда Тажибаев. Рядом домашняя утварь – начищенный до блеска самовар, расписной чайник, деревянная чаша под кумыс. Все эти вещи – немые свидетели незабываемых встреч поэтов, домбристов и композиторов.

Благодаря поисковой работе сотрудников музея, число экспонатов время от времени пополняется ценными фотоснимками, документами. Так, нашлось удостоверение корреспондента местной районной газеты «Ленин жолы», выданный Умбеталы Карибаеву в редакции в 1954 году.

В государственном киноархиве республики сотрудниками музея обнаружены уникальные кадры кинохроники, на которых запечатлены: Умбеталы вместе с народными акынами Абдыгали Сариевым и Касымханом Косбасаровым. Съёмка велась для очередного киножурнала 1957 года.

Талант Умбеталы был так велик, что Ильяс Жансугуров отмечал: его стихи хранит память народа, их знают наизусть. К 125-летнему юбилею поэта известный акын, режиссер Нурлан Абдыбеков снял документальный фильм о поэте и его можно посмотреть на экране в просмотровом зале музея.

Он же выпустил трехтомник произведений юбиляра в темно-зеленой добротной обложке. Целый год издатель трехтомника провел в архивах и его непреходящий интерес к творчеству поэта был вознагражден. Поистине великой находкой стало то, что в одной архивной папке отыскались 80-90 листов с произведениями Карибаева, причем запись была сделана на арабском языке, а эти произведения никогда ранее не публиковались. Переведенные на казахский язык, они, по словам нынешнего директора музея Ауелбека Искакова, вошли в новое издание сочинений Умбеталы Карибаева.

Умбеталы Карибаев – поистине народный акын, с 1937 года был членом Союза писателей, а в 1961 году его удостоили почетного звания Народного акына Казахской ССР. Он автор нескольких книг на арабском и казахском языках вышедших в свет еще при жизни поэта. Позже потомками издано полное собрание сочинений, а в 2009 году появился новый двухтомник стихов.

Нам вдвойне было приятно узнать и рассмотреть рядом с экспонатами, относящимся непосредственно к Умбеталы, военную форму знаменитого земляка и родственника народного акына летчика-космонавта Талгата Мусабаева, подаренной им в день посещения музея уже после второго путешествия в космос. Правда, удивительна связь поэтических высот с далями космическими!

В селе сохранился дом Умбеталы, в котором он проживал с 1949 по 1969 годы до самой своей кончины. Дом был построен для акына по решению тогдашнего руководства республики. Стены выложены из саманного кирпича, крыша покрыта толстыми бревнами, а пол застелен досками. По тем временам эта была одна из самых заметных и красивейших построек села.

До сих пор рядом с домом функционирует колодец, из которого воду черпают ведром на аркане, причем с семиметровой глубины. Всякому желающему предлагают испить водицы из колодца Умбеталы. Она на редкость чиста, хрустальна, прозрачна, прохладна и на вкус приятна, как и подобает живительной влаги Жетысу.

Сегодня на территории села живут семьи дочерей акына Зейнеп и Домегул, а также его внуки и правнуки.

Директор мемориального музея Умбеталы Карибаева Аульбек Искаков, который приходится великому поэту внуком, готов часами рассказывать историю возникновения музея, его буднях, знакомить с экспозицией, делиться дальнейшими планами. Аульбек ага продолжает творчество своего знаменитого деда. Он активно участвует в областных и республиканских айтысах, является лауреатом конкурса «Жыршы-термешi», организованного в честь 165-летия Жамбыла Жабаева. А еще Ауелбек Искаков – автор двух поэтических сборников. Он известен как одаренный художник и талантливый педагог.

Потомками славных сынов казахского народа в селах, где жили и творили известные акыны, выстроены прекрасные музеи-достойные их памяти.

Прямыми продолжателями творчества талантливых предков стали акыны: правнук Жамбыла Алимкул Жамбылов, Асемхан Косбасаров, Надежда Лушникова, Канипа Бугыбаева, Есенкул Жакыпбеков, Аульбек Искаков... Популярны имена писателей, таких как: Нагашбек Капалбеков, Мухамеджан Абдрахманов, Гульнара Омирзакова.

В народной памяти будут всегда живы имена Мухамеджана Етекбаева, Балгабека Кадырбекулы, Сейдахмета Бердикулова, Оспанхана Аубакирова, Нургисы Тлендиева и многих других мастеров устного и печатного слова.

Автор:
Андрей БЕРЕЗИН, писатель-историк.