Республикалық қоғамдық-медициналық апталық газеті

Всем оставаться на местах!


27 августа 2019, 04:33 | 731 просмотр



В Минздраве прокомментировали планы по изменению номенклатуры медицинских специальностей

Наша публикация об изменениях в приказ главы Минздрава от 24 ноября 2009 года № 774 “Об утверждении номенклатуры медицинских и фармацевтических специальностей” наделала много шума и вызвала большой ажиотаж в медицинских кругах (см. “За бортом”, “Время” от 21.7.2019 г. ). Этот документ исключает из списка специальностей работников с высшим медицинским образованием детскую психиатрию, функциональную диагностику, спортивную медицину, авиационную и космическую медицину, медицину чрезвычайных ситуаций и катастроф, судебно-медицинскую экспертизу... Однако, как заверила нас глава департамента науки и человеческих ресурсов Минздрава Сауле СЫДЫКОВА, действующих врачей это не коснется - они будут продолжать работать, как раньше. По ее словам, речь идет об исключении вышеуказанных специальностей из резидентуры, то есть готовить таких медиков будут по другой схеме.

- Когда мы говорим “исключить”, имеем в виду то, что подготовка по этим специальностям в резидентуре проводиться не будет, - пояснила Сауле Сыдыкова. - Мы делим специальности резидентуры на базовые и узкие. Базовые специальности - это акушерство, терапия, хирургия, педиатрия. К примеру, нам нужен врач-кардиолог. Для того чтобы им стать, человек пройдет базовую резидентуру по терапии, а потом пойдет на узкую резидентуру по кардиологии. Это время и деньги. А есть специальности, для получения которых не нужно дальше продолжать учебу в резидентуре. Например, транс­фузиологом можно стать после освоения базовых специальностей. Человек закончил базовую специальность, получил основные навыки диагностики и лечения, и после этого он может пройти сертифицированный цикл и стать трансфузиологом, функциональным диагностом, врачом спортивной медицины, медицины катастроф и т. д.

То есть специальности, которые мы хотим исключить, остаются в здравоохранении, но путь приобретения этого образования будет другим, он будет отличаться от тех специальностей, которые остаются в номенклатуре. Меняется смысловая нагрузка документа “Номенклатура медицинских и фармацевтических специальностей” - он будет соответствовать перечню подготовки в резидентуре. Кроме специальности “авиационная и космическая медицина”. Потому что такой специальности нет. Чтобы по ней готовить, нужны профессора, доктора, кандидаты наук, с помощью которых можно открыть в резидентуре образовательные программы. Но у нас априори таких специалистов нет. Потому что, если, например, космонавт получил травму, привлекается травматолог. Если у него заболело ухо, то оториноларинголог. Если пневмония - пульмонолог. Поэтому мы предлагаем исключить авиационную и космическую медицину как специальность, так как для работы в этой области при необходимости привлекаются все специалисты клинического профиля.

- То есть для действующих врачей ничего не меняется, они остаются в прежнем статусе?

- Их статус не меняется, они продолжают работать. В их отношении действителен принятый в 2017 году Национальный классификатор занятий, в разделе 22 которого все эти специальности присутствуют. Деятельность специалистов по всем этим специальностям регулируется приказами по соответствующим службам. Например, врачи-трансфузиологи работают по службе крови. Если это спортивная медицина, то она не относится целиком к здравоохранению. Например, врачей для спортивных школ курируют три ведомства - здравоохранения, спорта и образования.

Есть еще одна специфичная специальность - судебная экспертиза. Деятельность таких специалистов курирует Министерство юстиции, и поэтому они будут продолжать работать. Но способ получения этой специальности мы предлагаем другой. Сейчас сформировался очень большой дефицит судмедэкс­пертов, и мы предлагаем, чтобы резиденты прошли базовую подготовку по лечению и диагностике, а потом уже мы сделаем сертификационный цикл любой продолжительности, которую предложит уполномоченный орган. Если они скажут, что им достаточно трех месяцев, то будет три месяца, если шесть, то шесть и т. д. Это мы сами уже потом посмотрим в зависимости от выходных компетенций специалистов.

- Извините, но как Минюст может решать, какова должна быть продолжительность подготовки судмедэкспертов? Они же не специалисты.

- Решать будем мы по согласованию с ними. Но портрет выпускника дают нам они. Минюст дает компетенции специалиста, по которым мы смотрим. Это же кредитная технология. Мы определяем количество кредитов, которые будут наполнены этими компетенциями. То есть это все решается совместно.

- А что насчет традиционной медицины?

- Она рассматривается с нескольких сторон. В традиционной медицине есть разные методы, например, иглорефлексотерапия. Эти методы широко используются представителями неврологии, реабилитации и так далее. То есть эти врачи, имеющие классическое образование, проходят повышение квалификации по иглорефлексотерапии и с успехом используют эти методы в своей работе.

А есть врачи, которые имеют базовое образование, но проходят подготовку по традиционной терапии и уже работают как гирудотерапевты, фитотерапевты и т. д. В основном они работают в частных условиях, потому что сама по себе наша служба формируется по тем специальностям, по которым есть резидентура. Так вот, по традиционной терапии мы не проводим резидентуру, потому что она не общепризнанная. Гомеопатия и мануальная терапия не входят в гарантированный объем бесплатной медицинской помощи (ГОБМП). Это услуги, за которые пациент платит сам, это его выбор. Есть и третий вариант - народные целители. Но они сами проходят определенную валидацию и принимают пациентов, получив лицензию. То есть никто не говорит, что их нет. Они не остаются за бортом.

- Однако многие врачи решили, что именно так и будет - они, мол, останутся за бортом. Почему же Минздрав не объясняет им что к чему?

- Есть люди, которые готовы слышать, а есть те, которые не готовы. У нас есть учебно-методическое объединение вузов, куда входят не только наши пять подведомственных университетов, но и все 12 вузов, которые готовят медицинские кадры. Туда же входят 14 научных центров, занимающихся подготовкой врачей и повышением их квалификации. На протяжении последних двух лет мы ежемесячно проводим совещания по модернизации медицинского образования. Соответственно, каждый университет и центр должны потом передавать информацию своим преподавателям, обучающимся.

Второе. Есть сайт Минздрава, где постоянно говорится, какая работа ведется. Ведь мы номенклатуру обсуждаем с осени 2018 года. Несколько раз проводили совещания, на которых говорили: вот эту специальность мы хотим через резидентуру готовить, а вот эту - нет.

Камнем преткновения стала психиатрия - объединение взрослой и детской. Но это было решение самого профессионального сообщества. Ситуация в психиатрии сейчас кризисная. На местах люди не готовы объединиться в одну специальность. Они позиционируют себя наркологами, сексопатологами и прочими. Но это вещи узкие, прикладные. Если меняется ситуация и потребность, нарколог может остаться без работы. Нельзя сразу готовить нарколога, нужно сначала готовить общего специалиста, а потом он уже в зависимости от потребностей рынка будет специализироваться. И в этом случае, даже если изменится потребность и закроется больница или поликлиника, он не останется без работы. Он пройдет повышение квалификации и вернется. Например, был сексопатологом - пройдет квалификацию и пойдет в детскую психиатрию.

А на местах люди не хотят этого. Никто не хочет выходить из зоны комфорта. Сейчас получается так, что детская психиатрия существовала как служба около 30 лет, но сами руководители ничего не делали, чтобы готовить резерв. Почему они не готовили кандидатов наук, докторов? Есть правило, что в резидентуре можно открыть специальность, только если есть подготовленные доктора и кандидаты. Почему люди себе преемников не готовили? Потому что не хотели, видимо. Поэтому мы не можем открыть в университетах детскую психиатрию, кафедры хиреют, есть один-два специалиста по стране. Поэтому принято решение детскую и взрослую психиатрию объединить. Тем более что в целом по стране идет оптимизация служб.

- А почему вообще решили все поменять?

- Сейчас мы уже отходим от понятий “специальность”, “профессия”. Мы идем к занятиям. Поэтому в 2017 году был утвержден Национальный классификатор занятий, где определены все занятия, какие сейчас существуют. Раз в пять лет в него будут вноситься изменения. Как раз сейчас мы готовимся к пересмотру этого классификатора. Туда можно включить и новые занятия, которых сейчас нет. Мы хотим включить туда такие занятия, как, например, медсестра расширенной практики, эрготерапевт, кинезиотерапевт и другие.

А в целом будет та или иная специальность в стране или не будет, зависит не от нас, а от Национального классификатора занятий, которым руководит Министерство труда и социальной защиты населения. На каком уровне будут готовиться специалисты по этим занятиям? Это зависит от того, будет высшее образование или среднее профессиональное. Если это среднее профессиональное, у Минтруда есть перечень специалистов по ТиПО (техническое и профессиональное образование).

Организации ТиПО или колледжи не имеют права сами разрабатывать образовательные программы, они работают по утвержденным, которые создаются в соответствии с перечнем их специальностей. А высшие учебные заведения имеют право самостоятельно разрабатывать программы. И они работают не по номенклатуре специальностей, а по Национальному классификатору занятий, классификатору направлений подготовки кадров с высшим образованием и по государственным общеобязательным стандартам по всем уровням.

То есть сейчас изменилась подготовка кадров для рынка, потому что рынок диктует свои правила. Постоянно меняются условия, одни профессии рождаются, другие умирают. Нам в здравоохранении уже недостаточно этих 60 специальностей, которые есть в номенклатуре. Поэтому она меняет свою смысловую нагрузку.

Автор:
https://time.kz