Республикалық қоғамдық-медициналық апталық газеті

НА ВОЛНЕ МОЕЙ ПАМЯТИ - II


10 марта 2017, 15:49 | 249 просмотров



Искусство должно лечить душу.

Акира Куросава

 Если вам 20 или 30, вы, вероятно, о нём ничего не знаете, но если вам было 20 или 30 в 60-е годы минувшего века, вы, конечно, его вспомните сразу. Запоминающаяся внешность, яркий и неповторимый голос, сценическая непринужденность, лишенная малейшего намека на развязность, его сравнивали с Шарлем Азнавуром и Жаком Брелем - было от чего потерять голову многочисленным поклонникам  Жана Татляна – первого шансонье Советского Союза.

 Жан Арутюнович Татлян родился в 1943 году в Салониках (Греция) в армянской семье. Был младшим из троих детей. В 1947 году родители репатриировались в  Советскую Армению, когда Жану в то время было всего пять лет.

- Книга моих странствий началась на пароходе, который вез репатриантов в Советский Союз, и с тех пор я так и живу на колесах, меняя страны и языки, - скажет Ж. А. Татлян в 1991 году, когда  возвратился в Россию для того, чтобы остаться в ней навсегда. - В раннем детстве родным для меня был греческий; потом я заговорил по-турецки и по-армянски; затем моим языком стал русский; позже, на Западе, я овладел английским и французским.

Семья приехала в голодную и холодную Советскую Армению. Переживала голод, холод, бедность, карточки вместе со всем народом – отцу было за 60, ему трудно было кормить семью. Бывали дни, когда в доме не находилось и куска хлеба. А юный Жан хотел заниматься музыкой, мечтал о пианино – мелодии жили в его душе, ибо он был раз и навсегда очарован песнями и найгрышами народных инструментов. Его музыкальные способности проявились очень рано.

Запомнились на всю жизнь случаи, когда в местном кинотеатре демонстрировали музыкальные фильмы, тогда-то маленький маэстро ухитрялся пропустить занятия в школе. Затем семья переехала в Грузию, где, как уверяли знатоки, было чуть полегче выживать. Вот тут-то к повзрослевшему мальчику пришла на ум догадка – в каникулы красить фасады домов, а еще он копил мядяки, выдаваемые на школьные завтраки и, тем самым собрал столько денег, которых было достаточно для приобретения гитары. Сам научился на ней играть, а потом начал заниматься пением. Он принимал участие, причем самое активное, в школьной художественной самодеятельности. Конечно, помогало то, что с раннего возраста Жан воспитывал  в себе натуру человека организованного и настырного. Поставит перед собой какую-то цель, кровь из носа, он её почти всегда добьётся.

Наконец, Жан становится победителем городского певческого конкурса, проходившего во Дворце пионеров, чем очень гордился собой. Так что музыкой профессионально начал заниматься ещё до совершеннолетия. И дальше уже делал себя сам – увлекался французскими шансонами, песнями итальянцев, Шарля Азнавура, Жака Дуаляна, Жака Брейля, заслушивался Синатрой, копировал Ива Монтана, А еще разбавлял свой песенный репертуар греческим, армянским, русским фольклером, негритянским спиричуэлсом...

Его заметили, пригласили работать в городскую филармонию – гитаристом в квартет. Как-то он прослышал, что в Украконцерте создали студию эстрадного искусства,вот и решил, что надо поехать в Киев – за дипломом.

Жан Татлян окончил эстрадно-цирковое училище в Киеве. Во время учебы много гастролировал: у родителей не было возможностей помогать сыну, так что приходилось самому зарабатывать на жизнь.

В 1956 году вместе с семьёй переехал на жительство в Сухуми, где работал в местной филармонии. Выйдя на профессиональную сцену в 15 лет, Жан покорял слушателей своим теплым голосом, обладавший диапазоном в три с половиной октавы, тем и запоминался зрителю. В 18 лет он становится солистом Государственного джаза Армении (1961). И все это притом, что он не имел специального музыкального образования. Жан, как известно, самоучка.

- А чему вы удивляетесь, - говорит он. – Когда как легендарный Фрэнк  Синатра тоже не учился в Гнесинском и никакого музыкального училища не заканчивал. Обошелся без этого тот же Шарль Азнавур, и многие другие певцы мирового класса – диплом им с успехом заменили голос, талант и целеустремленность.

Работая  в Государственном джазе Армении, он участвовал в гастролях по большим городам страны, в Москве, понемногу к нему начала приходить настоящая известность.

Отличаясь прекрасным голосом, молодостью, внешней красотой, Жан Татлян рано испытал пришедшую славу, а сотням тысяч поклонников он казался еще и баловнем судьбы. Он исполнял проникновенные лирические песни потрясающим голосом – сильным, чувственным и темлым. «Ласточки летят, ласточки спешат… повстречаться с родиной…» или «И не дают они людям сбиться с пути, ночные спутники, фонари…» Хиты того замечательного времени.

Он никогда не говорил: «я пою, я выступаю», говорил проще – «я работаю». Да, он называет себя шансонье и это действительно так. Он первый шансонье в Советском Союзе, где зачастую их путают с бардами. У барда главное – стихи, мелодия часто идет на три аккорда. Зато в американских песнях все наоборот: главное – мелодия, ритм, пульс, а слова – лишь приложение. Но вот в шансоне все главное, на одном уровне должны быть и мелодия, и тексты стихов.

Впоследствии Татлян переехал в Ленинград, где начал работать в Ленконцерте, создал свой оркестр, музыкальным руководителем которого пригласил Григория Клеймица. Кстати, их дружба продолжалась всю жизнь. Выступая с сольными концертами по всей стране, Жан Татлян исполнял песни собственного сочинения, которые быстро становились популярными не только в Советском Союзе, но и за рубежом. Хитами также стали песни «Уличные фонари», «Осенний свет», «Песенка о капели», «Старая башня» и многие другие. Тиражи пластинок достигли пятидесяти миллионов и в короткий срок распродавались.

Конечно, он входил в первую десятку самых высокооплачиваемых авторов 60-х годов, наряду с такими мэтрами, как Василий Соловьев-Седой или Арно Бабаджанян. Только как композитор получал ежемесячно как минимум 1000 рублей. Для сравнения: автомобиль тогда стоил шесть тысяч. Да еще плюс концерты. Так что по сравнению с простым смертным Татлян был просто миллионером. В его собственности был огромный катер, некогда принадлежавший весьма влиятельному партийному функционеру и репрессированному.

У него никогда не было так называемой «звездной болезни». Хотя на его памяти случалось то, что после концерта едва он садился в машину, чтобы ехать в гостиницу, так фанаты поднимали её и несли на руках…

Жан Татлян как одержимый писал все больше и больше песен. Лилиял мечту о большом сольном концерте. И эту мечту удалось осуществить – но вот какими силами и какой кровью! Программу он переделывал пять раз, а её безжалостно резали. Кто? Делетанты от музыки или от искусства поэтического слова? И не те, и не другие. На просмотрах присутствовали «генералы» и от КГБ, и от Союза композиторов. Они-то, эти небожители  и выступали вершителями судьб.

- Я пытался объяснить, что это мой концерт с моими песнями, - вспоминает Жан Арутюнович, - что во Франции есть подобные шансонье. А мне железным тоном отвечали: «Мы не во Франции».

В 1967 году Советский Союз посетил директор французского ткатра «Олимпия». Он пригласил к себе на выступление Ленинградский мюзик-холл, подбирая вокалистов, исполнителей несколько раз интересовался, где Жан Татлян. И каждый раз ему в ответ неслись весьма расплывчатые фразы, типа: «Татлян в отъезде», «Татлян тяжело болен». Об этом откровенном обмане Жан узнал через год и то случайно.

И вот в 1971 году, находясь на пике славы, но будучи «не выездным», всего лишь 27–летний Жан Татлян, заключив фиктивный брак с француженкой,  эмигрировал во Францию.

На самом деле он ехал в никуда – ни кола, ни двора, ни языка, ни денег.

Пел в кабаре «Распутин», ресторане «Московская звезда». Позднее открыл в центре Парижа, возле Триумфальной арки, свой ресторан «Две гитары». Наряду с песнями собственного сочинения значительную часть репертуара составляли армянские, цыганские и русские народные песни. Быстро освоил французский язык, завёл важные знакомства. Среди друзей звёзды кино и эстрады Мишель Мерсье, Шарль Азнавур,  Лайза Минелли.

После его отъезда в Советском Союзе было приказано о нем забыть. Все его записи приказали размагнитить, то есть уничтожить, и лишь благодаря самоотверженности некоторых работников радио и телевидения часть записей выступлений Татляна сохранилась. Да еще в редких коллекциях филофонистов были припрятаны грампластинки с записями популярных песен Жана Татляна.

И тем не менее, на Западе творческая судьба Татляна складывается довольно удачно.

Как правило, аудиторию на советских гастролеров за рубежом – от никому не известных певцов до Аллы Пугачевой  - составляли только эмигранты. Но судьба Татляна сложилась иначе: уже в 1972 году с ним первым из советских певцов был заключён 5-летний контракт с «Империал Палас», одним из лучших казино Лас-Вегаса, по условиям которого он должен петь 180 дней в году. Одновременно с Татляном там выступали такие звезды как Ширли Мак Лейн, Роберт Гулле и Фрэнк Синатра.

- Я пел в казино, в ресторанах, в больших концертных залах, - рассказывал Жан. – Словом, везде. Сразу после того, как я уехал, в «Комсомолке» появилась статья, где говорилось, что предатель Татлян поёт в парижских кабаках и спит под мостами. А я тогда уже купил квартиру и машину. И работал в том самом кабаре, где потом с большим удовольствием пел Эдуард Хиль, в свое время мывший мне косточки на партсобраниях. Потом я видел это по телевидению – он называл этот «кабак» «одним из самых фешенебельных и дорогих кабаре мира».

Наконец Татлян создал в Париже свое кабаре – «Три гитары». Через несколько лет оно было продано, а сам Жан Татлян гастролировал с концертами по всему миру… Но наиболее популярным он был во Франции и в Соединенных Штатах. Его шоу в Лас-Вегасе имело оглушительный успех.

Кстати, сообщим еще одну интересную подробность: в оркестре, сопровождающем выступления Татляна, играл сам Вилли Токарев.

В уютную парижскую квартиру Татляна заглядывали такие знаменитости мира искусства как Шарль Азнавур, Том Джонс, Михаил Шемякин, Мишель Мерсье, Лайза Миннелли…

А то что он представлял Францию на праздновании 200-летия США в Вашингтоне – это тоже о многом говорит. Выступал с Владиславом Ростроповичем, встречался с президентом США.  Он  гастролировал по всему миру…

Чуть позже певец и композитор открывает новое кабаре, но на этот раз уже в Нью-Йорке, и называет его «Санкт-Петербург». И это не случайность – с Ленинградом в его жизни было очень многое связано.

И вот через столько лет Жан признаётся, что…

- В этом городе я обосновался, уехав из Армении. С тех пор утекло много воды, я объездил весь мир, повидал разные страны и города, но не нашел места лучше Питера. Я плакал, когда вернулся. Ходил ночью по улицам, и в горле у меня стоял комок. Я вспоминал свою молодость: и радости, и горести, и любовь, и дружбу, и предательство… Все.

Зададимся вопросом: если все складывалось там, на Западе так хорошо, почему же артист надумал вернуться?

Слово самому Жану Татляну, а он объясняет:

- Впервые я приехал в 1989-м году, в Петербурге у меня был концерт. Атмосферу не передать: я с трудом заканчивал песни, слезы стояли в горле. После концерта  ко мне подошла  женщина и сказала: «Тогда я вас осуждала, но теперь понимаю, что вы правильно сделали». Так вот, надо было 18 лет, чтобы понять, почему я уехал. Поэтому сейчас, когда меня спрашивают, почему я хочу вернуться, я говорю: «Чтобы это понять, вам надо прожить еще 15-20 лет».

Здесь никак не возразить писателю Владимиру Войновичу, сказавшему по похожему поводу: «Мы эмигрируем телом, но не душой».

- В шестидесятые годы Невский проспект был Бродвеем, после семи, особенно в белые ночи, он был полон людей, гуляющих от Московского вокзала к Адмиралтейству и обратно, - делится воспоминаниями,  будем считать коренной петербуржец, Жан  Арутюнович Татлян. – Если бы много лет назад можно было на время выехать за границу, а потом вернуться в Союз, я никогда бы не эмигрировал. Но я был невыездным: когда западные  импресарио, набиравшие в Союзе труппы для зарубежных гастролей, спрашивали обо мне, им сообщали, что я тяжело болен. Три раза меня не пускали во Францию по гостевой визе. Тогда я в первый раз подумал, что пора уезжать. В Союзе я достиг всего, что было можно, мне просто некуда было двигаться дальше.

Он не умел лицемерничать, в его репертуаре не было песен о красном флаге, передовом рабочем и коммунистах. Он пел о любви, о весне, о ласточках, спешащить к родным гнездам… А по правде говоря, если бы он остался в Союзе и продолжал жить, как жил, ему был бы прямой путь в диссиденты. Или в психушку. Был и другой выбор: можно было начать плясать под дудку властей или занырнуть в алкогольный омут… А можно было уехать. И он выбрал этот путь. Уехал на долгие двадцать лет.

В самом начале 1990-х Жан Татлян прилетел в Санкт-Петербург и дал семь аншлаговых концертов в ДК имени Горького, после чего возвратился в Версаль. Ныне певец и композитор с семьёй живёт в Санкт-Петербурге, где обосновался с 1991 года.

14 апреля 2000 г. он вновь дал аншлаговый концерт в БКЗ «Октябрьский». Его появление на эстраде вызвало большой резонанс в прессе, он принял участие во многих передачах центрального российского телевидения.  Певец записал магнитоальбомы «Мост любви» и «Русская радуга», куда вошли его старые и новые песни. О жизни Жана Татляна снят художественный и документальный фильмы, написана книга.

Жан Татлян исполняет песни на русском, армянском, французском, итальянском, английском, греческом и идише. Певец продолжает выступать и записывать музыкальные альбомы. В 2004 году он был почётным гостем Фестиваля «Славянский базар» в Витебске, где исполнил «Очи чёрные». 6 февраля 2009 года состоялся концерт Жана Татляна в Москве в театре эстрады. 11 февраля он участвовал в ток-шоу «Встречи на Моховой» — популярной программе Пятого канала, которая снимается в знаменитом Учебном театре Санкт-Петербургской театральной академии на Моховой улице. 21 января 2010 года он принял участие в концерте памяти композитора Арно Бабаджаняна в Новосибирском театре оперы и балета. 11 и 12 ноября 2011 года в Санкт-Петербурге прошли два концерта Жана Татляна. В концерте также принимала участие певица Арминэ Саркисян, исполнившая вместе с Жаном несколько произведений. Записан также новый альбом «Мои Романсы».

К счастью, и в наши дни Жан Татлян дарит нам возможность встречи с его старыми и новыми песнями, встречи с нашей юностью и давними друзьями. Нет ничего похожего из того, что могло бы это заменить,  и ни за какими заграницами  не  найти.

Автор:
Андрей БЕРЕЗИН, писатель-историк


Комментарии


Комментариев нет.

Контент устарел, комментирование закрыто