Республикалық қоғамдық-медициналық апталық газеті

НА ВОЛНЕ МОЕЙ ПАМЯТИ


6 марта 2017, 09:44 | 253 просмотра



Все люди, занятые истинно важным делом, всегда просты, потому что не имеют времени придумывать лишнее.

Лев Николаевич Толстой

Для «массового» слушателя музыка Альфреда Шнитке не достаточно знакома, хотя композитор наш современник и он стал признанной крупнейшей величиной в музыкальной культуре не только современной России или той же Германии. «Замалчивать  творчество Шнитке, как это делалось многие годы назад, просто невозможно, не выгодно, не уместно», - писал Феликс Розинер, писатель, профессиональный музыковед, автор статей о музыке в 7-митомной «Истории русской литературы», увидевшей свет в Италии и Франции. В конце концов, еще при жизни Шнитке стал желанным гостем на телевидении, вышли пластинки с записями его крупнейших произведений, а его музыка звучала как фон во многих современных кинофильмах.

 Альфред Гарриевич Шнитке родился 24 ноября 1934 года в еврейско-немецкой семье, в городе Энгельсе, в одно время это была столица Республики немцев Поволжья, а затем – районный центр Саратовской области. Его отец, Гарри Викторович Шнитке (1914-1975), был выходцем из литовско-еврейской семьи, родился во Франкфурте-на-Одере, куда его родители перебрались из Либавы в 1910 году и, который в 1926 году иммигрировал из Германии в Советский Союз. В 1927 году (в некоторых источниках указывается 1926 год) вместе с родителями переехал в Москву, в 1930 году - в Покровск, где вступил в партию ВКП (б) и работал журналистом в советских изданиях на немецком языке. Он был автором фронтовых рассказов и корреспонденций на русском языке, что печатались в газете «Большевик». Мать, Мария Иосифовна Фогель (1910 - 1972), происходила из немецких колонистов, переселившихся в Россию в 1765 году и осевших в деревне Каменка; работала учительницей немецкого языка.

«Моё немецкое имя я получил от своих родителей: мой отец, еврей, родившийся во Франкфурте-на-Одере, приехал в 1926 году в СССР со своими родителями российского происхождения и женился на родившейся в России немке. В детстве я говорил на «волжском немецком» моей матери», - рассказывал в своих воспоминаниях композитор.

Родители Шнитке между собой говорили по-немецки, и первым языком композитора стал немецкий, однако впоследствии он обращался к матери по-немецки, а к отцу по-русски.

В 1943 году отца Г. В. Шнитке призвали на фронт, а Альфреда с младшим братом Виктором (впоследствии поэтом, прозаиком и переводчиком) отправили в Москву, где они жили у деда и бабушки по отцовской линии - инженера Виктора Мироновича (1889-1956) и редактора Теи Абрамовны Шнитке (1889 -1970).

Теа Абрамовна, урождённая Кац, работала редактором в Государственном издательстве иностранной литературы, занималась немецкой филологией и переводами на немецкий язык. Она была автором учебника «Грамматика немецкого языка» (с Э. Б. Эрлих, Москва: Издательство литературы на иностранных языках, 1963; второе издание - Киев, 1995), редактором и автором примечаний к немецкому изданию романа Томаса Манна «Будденброки» (2-е издание - 1959), роману Яна Петерсона «Наша улица» (Unsere Straße, там же, 1952, нем.), перевела на немецкий язык романы А. А. Фадеева «Последний из Удэге» (1932 и 1972), А. Б. Чаковского «Weither leuchtet ein Stern» (совместно с сыном, Гарри Шнитке, 1964).

Во время войны отец Альфреда был военным переводчиком в разведке, а в 1946-1948 году работал корреспондентом и переводчиком в Вене (Австрия), в издававшейся на немецком языке газете «Österreichische Zeitung» советской военной администрации. Здесь в Вене, в 1946 году и началось музыкальное образование для А. Г. Шнитке. И как он шутливо писал о себе, «с высоким воодушевлением стал сочинять».

В 1948 году семья возвращается в СССР, живя в подмосковной Валентиновке. И мать и отец устроились на работу в редакцию газеты «Neues Leben». Спустя годы в этой же газете работала и младшая сестра Альфреда Ирина, в ней же публиковался и его брат Виктор. Позже семья Шнитке перебирается в Москву. Отец занимался переводами советской литературы на немецкий язык для издательства литературы на иностранных языках «Прогресс».

Но вот музыкальное образование подростка А. Шнитке не шло по обычному пути: ведь он уже перерос тот возраст, в котором принимают на учебу в детские музыкальные школы. Все же после многих перипетий  его  наконец-то приняли на дирижерско-хоровое отделение музшколы, хотя мечтал Альфред научаться игре на баяне.

В 1953-1958 гг. Шнитке учится композиции в Московской  государственной консерватории имени П. И. Чайковского. Его дипломная работа – оратория «Нагасаки» (1958) обратила на себя внимание московских музыкальных кругов.

В 1960-м он был принят в Союз композиторов, а в 1961-м окончил аспирантуру при консерватории по классу композиции у Е.К. Голубева и занялся преподавательской деятельностью (инструментовка, чтение партитур, полифония, композиция).

И вот уже с начала 60-х годов то и дело поговаривали о трех выдающихся композиторах москвичах и авангардистах: Альфреде Шнитке, Софии Габайдуллиной и Эдисоне Денисове. С середины - второй половины 60-х годов становится ясно, что дарование Альфреда Шнитке таит в себе мощный творческий потенциал. Он пишет много и в разных жанрах – и ничего банального, «проходного», все им написанное насыщено новизной музыкальной мысли.

Вот что вспоминает супруга композитора, известная пианистка Ирина  Шнитке (Катаева) : «Мы познакомились с Альфредом в самом начале 60-х. Я приехала из Ленинграда, где окончила десятилетку при консерватории. Музыка познакомила и соединила нас: мне нужно было продолжать образование, и моим репетитором стал аспирант Московской консерватории Альфред Шнитке. Тогда он был женат, и я ходила заниматься к нему домой, в квартиру неподалеку от Ленинского проспекта. В один прекрасный день он сказал, что заниматься со мной больше не может, потому что относится ко мне не просто как к ученице. Но я вообще не хотела выходить замуж. Таким образом, мы встречались с ним несколько месяцев, а потом я решила, что все это пора прекращать.

Альфред обиделся и исчез, но через полгода мы увиделись вновь. Я уже училась в Гнесинском институте и позвонила ему - нужен был учебник по истории музыки. Он попросил меня приехать к нему, а домой я вернулась уже вечером. Тогда-то мы и поняли, что должны быть вместе. Свадьбу мы сыграли в феврале 1961...»

С 1961 по 1972 год Шнитке преподавал инструментовку и чтение партитур в Московской консерватории, имел только одного ученика по композиции (Р. Аллояров).

В середине 60-х сложился индивидуальный стиль Альфреда Шнитке в музыке. Критики отмечали его могучий талант, свободное владение всем существующим на тот момент разнообразием жанров и невероятную трудоспособность. Каталог произведений Шнитке включает 70 названий, не считая ранних сочинений и прикладной музыки. Среди произведений композитора: оперы - "Одиннадцатая заповедь" и "Жизнь с идиотом", балет "Лабиринты", оратория "Нагасаки", прелюдия памяти Дмитрия Дмитриевича Шостаковича, кантата "История доктора Иоганна Фауста"…

С 1962 года (особенно активно в 1970-е гг.) композитор зарабатывал на жизнь сочинением музыки к фильмам. Вот тут надо отметить, что А. Шнитке довольно много и плодотворно работал в кино. Он написал музыку к нескольким десяткам фильмов, в том числе: «Ты и я», «Восхождение» (режиссер Лариса Ефимовна Шепитько), «Комиссар» (режиссер А. Аскольдов), «Экипаж», «Сказка странствий» (режиссер Александр Наумович Митта), «Осень» (режиссер Андрей  Сергеевич Смирнов), «И все-таки я верю» (режиссер А. Ромм), «Агония», «Спорт, спорт, спорт» (режиссер Элем Германович Климов) и к другим.

В 80-х музыка Шнитке для Москвы, как пологают то же, что  театры «Современник» и «Таганка». В Европе его музыка звучит на лучших концертных площадках в исполнении великолепных оркестровых коллективов и солистов.

Одна из четырех, написанных композитором симфоний, «Фауст» была ему заказана оркестром «Би-Би-Си» для Венского фестиваля 1983 года.

А. Шнитке вспоминал: «Фауст-кантата» писалась в 1983 году и предваряет собой работу над будущей оперой. Идея оперы исходит от Юрия Любимова, режиссера Московского театра на Таганке, который в течение многих лет мечтал получить оперу на темы второй части гетевского «Фауста», однако мы год от году все откладывали осуществление этого, несомненно, опасного предприятия».

Творчество Шнитке характеризуется концептуальностью замыслов, масштабностью, экспрессией, типичны сложно дифференцированная оркестровая и ансамблевая фактура, полистилистика, системы цитат.

В творческом активе композитора  балеты: «Лабиринты» (1971), «Эскизы» - хореографическая фантазия по мотивам Гоголя (1985),  № 1 и № 11 для балета сочинены коллективно Альфредом Шнитке, Г. Н. Рождественским, С. А. Губайдулиной, Э. В. Денисовым. Большинство номеров в оркестровой редакции Г. Рождественского. «Пер Гюнт» - балет по одноимённой драме Генрика Ибсена (1986).

Сочинения для оркестра (в том числе с участием солистов-вокалистов и солистов-инструменталистов).

Сценические произведения: 1974 - Der gelbe Klang (Жёлтый звук). Сценическая композиция для пантомимы, инструментального ансамбля, сопрано соло, смешанного хора, магнитной ленты и цвето-световых проекторов. Либретто Василия Кандинского на немецком языке (в переводе А. Шнитке).

И, конечно же, симфонии: 1957 - Симфония «нулевая» в 4 частях. 1972 - Симфония № 1 в 4 частях. 1979 - Симфония № 2 (St. Florian) для солистов, камерного хора и симфонического оркестра в 6 частях. 1981 - Симфония № 3 в 4 частях. 1984 - Симфония № 4 для солистов и камерного оркестра. Одночастная. 1988 - Симфония № 5 - Concerto Grosso № 4 для гобоя, скрипки, клавесина и симфонического оркестра в 4 частях. 1992 - Симфония № 6 в 4 частях. 1993 - Симфония № 7 в 3 частях. 1994 - Симфония № 8 в 5 частях. 1997-1998 - Симфония № 9 в 3 частях.

Очень рано пришло к А. Г. Шнитке широчайшее международное признание. Премьеры его произведений всегда становились мировым культурным событием, их исполняли крупнейшие оркестры Европы и США, под управлением величайших дирижеров современности. Он являлся членом-корреспондентом Берлинской академии изящных искусств, Шведской королевской музыкальной академии, Баварской академии изящных искусств, был избран почетным членом Гамбургской академии изящных искусств. Композитор удостоен премии «Триумф» - императорской премии Японии.

В то же время, в российских музыкальных кругах, существовала и стойкая оппозиция Шнитке, которая считала его «ненастоящим» композитором, дутой знаменитостью, поднятой на щит славы падким на скандалы Западом.

Поскольку судьба Шнитке в России была сложной, а его музыка долгие годы встречала сопротивление у верхушки Союза композиторов, но уже тогда Шнитке знали не только в России, но и на Западе. Как его музыка попадала туда?

В первую очередь через исполнителей. Марк Лубоцкий и Квартет им. Бородина одними из первых добились, чтобы им разрешили играть сочинения Шнитке на Западе. Получился прямо-таки порадокс: в России исполнять нельзя, а туда поехать и сыграть можно. Или, к примеру, приезжала  какая-нибудь западная музыкальная знаменитость, а нам надо было показать, что и мы не лыком шиты. Тогда приглашались Эдисон Денисов и Альфред Шнитке. Дескать, у нас тоже есть великие! И тем не менее каждый раз, когда надо было добиться разрешения на исполнение, возникали препятствия. Конечно, все нормальные люди в Союзе композиторов относились к Шнитке замечательно. Так, Родион Щедрин, бывший одним из секретарей Союза, подписал положительный отзыв на Первую симфонию А. Шнитке. Это дало возможность Г. Рождественскому исполнить её в Горьком. А после скандальной статьи по поводу этой симфонии в «Горьковской правде» Р. Щедрин выступил в защиту Шнитке на секретариате. Тогда это было выступление поперек мнения председателя Союза Тихона Хренникова.

Даже в те годы, когда Шнитке был невыездным, он хорошо знал современную музыку. Его волновала природа души человека, вечный конфликт его совести и желаний. Как музыканту и композитору удавалось быть в курсе музыкальных новинок?

Верно, тогда было практически невозможно достать записи и ноты. Однако благодаря невероятным способностям Эдисона Денисова многое к Шнитке попадало. Его вдова вспоминала:

- Мы собирались в московских квартирах, слушали записи, изучали партитуры. А потом уже начались поездки на «Варшавскую осень». Альфред получал там массу интересной информации, знакомился с новыми сочинениями Кшиштофа Пендерецкого, Хенрика Гурецкого, Тери Райли. Уже позже он увлекся Карлхайнцем Штокхаузеном. Они встречались в 1977 году, и Штокхаузен прислал ему записи всех своих сочинений.

У А. Г. Шнитке был интерес не только к авангарду. Его собственная музыка буквально прошита цитатами из классики, причем музыка всех времен воспринимается им как одно целое.

Между тем неуёмная творческая активность композитора негативно сказывалась на его здоровье. Кроме того, он сильно переживал за своего сына Андрея (родился в середине 60-х), который страдал врожденным пороком сердца, что требовало особого внимания со стороны родителей. Шнитке порой спал по 3-4 часа в сутки. В июне 1985 года он уехал отдыхать в Пицунду, в Дом творчества кинематографистов, и именно там у него случился первый инсульт.

Стоит отметить, что судьба оказалась благосклонной к великому композитору. Порази его правосторонний инсульт, он бы навсегда потерял музыкальную одаренность. При левостороннем инсульте он мог лишиться речи, но этого тоже не произошло.

Известна история о том, как Шнитке увидел в Вене партитуру «Волшебной флейты» Моцарта и был потрясен, что она написана без единой помарки, без единого исправления.

В его собственной жизни случалось нечто подобное. Близкие люди свидетельствоали, что бывало так, что Альфред Гарриевич видел заранее, как будто все уже написано на бумаге. Он говорил, что теперь ему неинтересно все это подробно выписывать. Как-то ему приснилась полностью часть Реквиема. А однажды, когда он закончил Виолончельный концерт, на него вдруг свалился новый финал. Это случаи, но Шнитке всегда находился в особом состоянии: в нем постоянно звучала музыка. Как-то, когда он плохо себя чувствовал, он сказал, что постоянно слышит симфонический оркестр, играющий Шуберта. Спрашивал: где это играют? А оркестра никакого не было. Шуберт звучал в его голове.

Юрий Башмет рассказывал о том, что когда впервые увидел ноты Альтового концерта, написанного специально для него, то почувствовал вдруг какую-то опасность. Потому что музыка эта отражает пространства, куда не дано заглядывать человеку.

- Альфред заходил в эти пространства не только в Альтовом концерте, но и в других сочинениях, - рассказывает  Ирина Шнитке (Катаева). - Основной его темой была борьба добра и зла. Его волновала природа души человека, вечный конфликт его совести и желаний. Возможно, поэтому Альфред так стремился написать оперу «Доктор Фауст». Он искал ответ на вопрос: почему зло в мире оказывается сильнее добра? Но ответа так и не нашел. Потому что зло - такая же природа жизни, как и добро. И каждый в этой жизни делает выбор сам.

В 1986 году Альфреду Шнитке присуждается Государственная премия РСФСР имени Н. К. Крупской за музыку к мультфильмам «Я к вам лечу воспоминаньем…», «И с вами снова я…», «Осень» - все производства киностудии «Союзмультфильм», созданные режиссёром Андреем Хржановским по рисункам и текстам А. С. Пушкина. Год спустя А. Г. Шнитке  был удостоен звания заслуженного деятеля искусств РСФСР. А в 1989 году  ему была вручена «Ника».

В 1989-1990 годах Берлинская научная коллегия предоставила Альфреду Шнитке стипендию.

В 1990 году композитор вместе с семьёй переехал в Германию. И вскоре ему предложили работу в Гамбургской высшей школе музыки, потому творческая командировка Шнитке затянулась. Но затем в его судьбу вмешались непредвиденные обстоятельства. Шнитке перенес в Германии второй инсульт, и его долго лечили тамошние врачи. Видимо, чувствуя, что каждый день может оказаться для него последним, Шнитке решил принять германское гражданство.

С каждым днем здоровье композитора ухудшалось. В июне 1994 года Шнитке перенес третий инсульт. Только любовь и поддержка жены, находившейся рядом, и современная медицина помогли ему выкарабкаться с того света. Но ситуация все равно была серьезной - Альфреда Гарриевича практически полностью парализовало, и отныне его вторым домом стала гамбургская клиника. Медики создали специальный аппарат, при помощи которого подвешенной парализованной рукой Шнитке фиксировал звуки, рожденные его сознанием и слухом. Эти записи затем «доводили до ума» сотрудники музыкального издательства Сикорского. В таком состоянии Шнитке написал свое последнее произведение - Девятую симфонию, посвященную Геннадию Рождественскому. Сразу после выхода в свет Девятая симфония Шнитке была отмечена международной премией «Глория».

Несмотря на резкое ухудшение здоровья: как ни как композитор перенёс три инсульта, но, тем не менее, он до конца сохранял творческую активность.

Cоветский и российский композитор, педагог и музыковед, один из наиболее значительных музыкальных деятелей второй половины XX века Альфред Шнитке скончался в Гамбурге 3 августа 1998 года. Похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище (участок № 10). «Немота композитора в последние годы как бы обрамляла тишиной его великую музыку», - написал еженедельник «Совершенно секретно» в № 12 за 1998 год.

С каждым годом музыку Альфреда Шнитке играют все больше и больше. Молодые музыканты из разных стран - Китая, Перу, ЮАР, Филиппин посылают факсы с просьбой дать им ноты, приезжают в Гамбург за советом. И что показательно, сегодня никто не стремится играть музыку  Шнитке «авангардно», то есть в общепринятой жесткой, грубой манере. Новое поколение чувствует, что здесь нужен другой ключ. Что касается восприятия, то свойство любой одаренной личности - сохранять себя независимо от того, какая вокруг политическая система, какие чиновники, на каком жаргоне говорят. Личность всегда идет своим путем.  Отчасти такие люди и приходят слушать музыку Шнитке.

Композитор А. Г. Шнитке ушел в иные миры, а нам осталась его великая музыка, чей язык, несущий на себе все атрибуты авангардизма, доверительно ведет разговор с людьми о них самих, причем говорит сильно и страстно, с пафасом и иронией, по-детски веселит и скорбно рыдает. Его музыка востребованна, она звучит теперь во всем мире: в Австралии и скандинавских странах, в Японии и Мексике. Причем грани творчества Шнитке воспринимают уже не как авангард, а как мир других измерений, в котором сосуществуют разные стили и времена, трагедия и гротеск, иррациональное и игра. Эта музыка наполнена высокой духовной содержательностью, а потому она и нова, и  истинна.

Автор:
Андрей БЕРЕЗИН, писатель-историк


Комментарии


Комментариев нет.

Контент устарел, комментирование закрыто